ПЕСНЯРЫ. ТРАДИЦИИ

Пытаеш ты, якім быць трэба зямлі забытай песняру?

Анжела Гергель, Валерий Дайнеко. 

Те, кто оживляют мифы

(отрывки из книг)

Как часто доводится верить Шекспиру в том, что всё в нашей жизни спланировано и мы всего лишь проигрываем сценарий Жизни. Да, этот сценарий в некоторых местах расписан тщательно, а в других – наcпех, отдавая актерам возможность импровизировать. И все же, это сценарий… Будь это по-другому, как тогда объяснить такое стечение обстоятельств, когда в одно время и в таком, казалось бы, неподходящем месте встречаются талантливые и воодушевленные общей идеей ребята – не иначе как хорошо организованный план.

Владимир Мулявин, Леонид Тышко и Валерий Яшкин вместе служили в Ансамбле песни и пляски Белорусского военного округа. И в это же время в оркестре БВО – Александр Демешко и Владислав Мисевич. Валерий Яшкин вспоминает: ‘Решили сколотить ансамбль и понеслись со своей идеей в филармонию…’ Вначале в качестве аккомпаниаторов подыгрывали известным исполнителям 60-х. Затем стали участниками концертной бригады ‘Орбита-67’, ревю ‘Лявониха’.

Владислав Мисевич: Когда пришли в филармонию после армии, мы аккомпанировали певцам, которые были на тот момент, и, естественно, мы не пели. Может быть, чуть-чуть подпевали. У нас был вокалист – Эдуард Мицуль, заслуженный артист, он закончил консерваторию как вокалист. Мы аккомпанировали ему, а он давал нам уроки вокала. Этому мы стали уделять всё свободное время. Вначале с Эдуардом, под его контролем, потом, получив первые уроки, пели и пели, особенно хором. Мы имели перед собой пример – грузинский ансамбль ‘Орэра’, тогда очень популярных в своём жанре. 

А был ещё замечательный азербайджанский квартет ‘Гая’, и мы даже ‘снимали’ из их репертуара песни. Пели их на концерте, это был для нас как вокальный тренажёр. Они были очень непростыми в аранжировке, исполнении, диапазоне. 

Ведь природное, аутентичное пение было монофонным. Впервые использование нескольких голосов появилось всего несколько столетий назад в церковном пении, когда с увеличением численности певцов возникла проблема сочетания голосов мужчин разного возраста, а также женщин и детей. Почти невозможным стало пение всех вместе в унисон. Сначала удавалось петь через октаву – это и были первые шаги полифонии. Греческие монахи были вынуждены адаптировать свои различные голоса в одной песне. Помог им в этом как ни странно, варварский инструмент – волынка, с присущим этому инструменту дроном (у нас он  называется бурдон, что  означает ‘шмель’). Теперь они строили гармоничное пение с использованием параллельных квинт, октав и трезвучий. С появлением христианства на Руси деятельность церковных хоров оказала огромное влияние на развитие многоголосия и в традиционном пении. В большей степени это проявилось в Грузии и Болгарии, вот почему западные музыковеды соотносят многоголосное пение с грузинским и болгарским. Даже если это белорусские песни. Например, песня ‘Касіў Ясь канюшыну’ традиционно поется в унисон. А впервые ее спели на несколько голосов ребята из самодеятельного ансамбля ‘Зодчие’.

Многоголосие, хоть и не является традиционным народным пением, всё же имеет свойство завораживать. И не столько, когда слушаешь – нет!!! а когда сам находишься внутри этого священнодейства. Оттуда не хочется выходить, это как другой, чудесный мир, где всё в гармонии…

Владислав Мисевич: Мы старались максимально использовать все свои вновь появляющиеся вокальные возможности, хотя пело нас мало: Мулявин, я, Тышко, брат Мулявина и немножко Яшкин. Вот и всё. Мулявин, конечно, лидировал, все остальные ему подпевали. Вместе c ревю ‘Лявониха’ мы поехали в Москву на съемки концерта в Останкино. А после концерта участники ревю должны были записать еще и пластинку на ‘Мелодии’. Но получилось так, что записать из всего ревю некого – кроме нас. Короче, записали нас с песней ‘Ты мне весной приснилась. Это была наша первая пластинка с названием ‘Нарочанка’. Нас нужно было как-то назвать. Придумать надо было быстро. Ну, подумали мы, ревю ‘Лявонiха’, пускай мы будем ‘Лявоны’.

И уже имея на руках пластинку, перед руководством филармонии мы поставили вопрос о разрешении называться ВИА. И на 1 сентября 1969 года было назначено прослушивание. Нас прослушали, и разрешили, и дали право сольного отделения. Вот поэтому официальным днем рождения ансамбля считается 1 сентября 1969 года.

Мы решили попробовать себя в жанре коллектива, которому мы поклонялись, как и миллионы других музыкантов и не музыкантов – ‘Beatles’. Ничто не рождается в вакууме. Что-то берётся за подражание. Ну, и своих обожаемых битлов переводили на русский язык. Это делал Валера Яшкин, он и ‘Червоны гитары’ польские переводил.

Леонид Тышко: Примеряясь и присматриваясь к различным музыкальным формам, мы во главу угла ставили мелодизм песен. Отсюда ‘Beatles’ в нашем раннем репертуаре, внимание к работам наших польских соседей – ансамблю ‘Червоны гитары’, обращение, наконец, к белорусскому фольклору.

Юрий Рыбчинский, автор слов к невероятно популярной песне ‘Крик птицы’, вспоминает: Я познакомился с Мулявиным, когда ансамбль еще назывался ‘Лявоны’. При встрече я спросил: ‘Что это такое – лявоны?’ – Мулявин начал объяснять: ”Ну это означает…’ – Не будешь ты ведь на каждом шагу переводить, нужно такое название, чтобы все понимали. И красивое… ну, как моя фамилия – на ‘Ры’.

Делегировали задачу поиска названия Леониду Тышко. Как говорит Влад Мисквич – он ходил в белорусскую школу, знал язык, ему и искать. Сегодня даже сам Мисевич не помнит у кого именно Тышко нашел слово ‘песняр’, говорит – в стихотворении ‘Песняр’ у кого-то из классиков.  На самом деле стихотворение называется ‘Песняру-беларусу’, и автор – Янка Купала. ‘Пытаеш ты, якім быць трэба зямлі забытай песняру?’…  Именнов этом стихотворении Янки Купалы Тышко нашёл название ансамбля. В результате появляются ‘Песняры’, что по сути одно и то же, что для британцев ‘Minstrels’ – ‘Менестрели’.

Талантливым музыкантам надо было найти текстовой материал, который позволил бы им играть хотя бы приближённо ту музыку, которую им самим хотелось.

А хотелось играть музыку современную, хоть и называли её ‘фирмой’ – она была сложной и интересной, в ней было столько возможностей для реализации творческих талантов и юношеских стремлений! Однако в стране эту музыку, как признак ‘загнивающего капитализма’ ни слушать, ни тем более играть не было дозволено.

Итак, взоры молодых музыкантов обратились к народной музыке. Тому было несколько причин. Во-первых, на Западе в то время произошёл очередной всплеск моды на ‘этнику’, и идея пришла как бы сама по себе. Во-вторых, ребята хорошо её знали, так как были ‘народниками’ по специальности. Леонид Тышко был домбристом, Валерий Яшкин – баянистом, Алесь Демешко играл на цымбалах, Владислав Мисевич на кларнете, а Владимир Мулявин – на балалайке.

А самое главное – это не запрещали играть! Прикрываясь щитом народной песни, можно было воплощать в жизнь то, что слушалось из ‘вражеских источников’. Откровенный рок не допустили бы, а вот мягкие ‘прогрессивы’, ‘джаз-роки’, и всякие ‘фьюжны’ – это проходило, ведь это либо тема народная, либо стихи антивоенные или хотя бы классика. На вопросы чиновников от культуры: ‘Как вы смеете играть битласов и хиппов?’ всегда можно было ответить: ‘Нет-нет! Это мы народную музыку возрождаем, и на стихи прогрессивных народных и пролетарских поэтов!’ Да, это было можно играть. А в исполнении ‘Песняров’ это можно было СЛУШАТЬ.

И даже несмотря на обилие заимствований, сделано всё было всегда интересно и со вкусом.

Владислав Мисевич: Мы приложили немало усилий, отдавали вокальным репетициям всё свободное время, занимались часами – это была наша самая главная проблема. Недаром нас не считали большими профессионалами в инструментале, который был достаточно примитивным. Но не он был главным. Вокалу же отдавались всей душой. И это стало традицией вплоть до наших дней. У Мулявина баритональный тембр был с большим диапазоном, достаточно мощный голос, лидирующий, с драматическим оттенком. Я мало пел соло, когда необходим был какой-то необычный голос. Новых ребят взяли  уже после конкурса, когда мы поняли, что наших вокальных данных недостаточно для того, чтобы два часа полноценно люди могли слушать профессиональный вокал. Борткевич – явно лирический тенор. Первой его песней была песня Мулявина “Александрына”. Леня, не имевший музыкального образования, а только школу по трубе, и вдруг – вокалист! Он был согнут этой песней. Помню, что мы сделали эту песню с подпевками. В итоге она оказалась супершлягером на все времена, одной из самых лучших вообще и не только на белорусской эстраде… Через год мы взяли Анатолия Кашепарова, который имел совершенно необычный тенор со своим драматизмоми. его острохарактерный, несколько резкий, но очень сильный голос внес интересные краски в общее звучание ансамбля И тогда сложился уже полноценный вокальный аккорд. Кашепаров и Борткевич – эти ребята достаточно долго служили нашему общему делу.

Но чтобы достичь вокальной общей культуры, мало репетировать, нужно ещё очень долго репетировать и петь вместе, петь сложные вещи, быть в форме, иметь вокальный опыт. Дайнеко, Аверин, Пеня, я, Катиков – мы уже столько лет поём вместе, что органически чувствуем вокальность друг друга.

Анжела Гергель, Валерий Дайнеко

Песняры времени своего

Отрывок из книги

К сожалению, сегодняшние молодые музыканты, которые имеют тягу к народной музыке, учатся на уже аранжированном материале и даже не различают настоящую народную мелодию от обработанной. Зачастую эти популярные обработки народной музыки с ‘фольклорными мотивами’ не имеют ничего общего с настоящими традициями. Более того, в процессе обработки меняется не только мелодия, но и смысл давней песни, её история.

Валерий Дайнеко: Конечно, в процессе аранжировки народная песня меняется. Меняется мелодия, иногда пишется совсем новая. Или же меняется гармония, так как в народной музыке она достаточно примитивна. В джазовых обработках, используя ладовую структуру, чаще всего мелодия остаётся неизменной, а гармония накладывается любая – получается очень интересно… и потом… Как может быть ИСТОРИЯ ПЕСНИ выражена в музыке? История может относится разве что к тексту!!!

Анжела Гергель: В том-то и дело, что может! Старинные народные песни содержат в себе коды, расшифровав которые, можно получить информацию о древних культурах. Ведь эти песни созданы ещё до появления письменности! Импровизационные изменения, конечно же, делают простую песню более привлекательной. И тогда в памяти людей продолжает жить уже новая версия, которая не передает никакой исторической информации. Пример? Да хотя бы полюбившаяся всем песня ‘Ажаніла маці маладога сына’ в исполнении Леонида Борткевича. Мулявин сам рассказывает, как он был удивлён, увидев, что первоначальная мелодия была в мажоре – ведь песня, как говорит он, грустная! И аранжировка в ‘Песнярах’ была сделана в миноре. А ведь сравнение девушки с деревом или птицей – традиционный приём иносказания в фольклоре многих культур. И в этой песне сравнение невестки с калиной говорит о зрелости девушки и её готовности выйти замуж – в этот день ей на голову одевали венок из калины. Отношение свекрови к невестке обусловливалось тем, что кельтские племена, мигрировавшие на север, вынуждены были ‘обновлять кровь’, ища в жёны своим юношам девушек из соседних, славянских поселений. Эта песня – свадебная и трагичной она прежде не была. Зато на концертах ансамбля публика уж нарыдалась!  Но узнать скрытый смысл истории стало возможным, только когда нашлись подобные, но необработанные песни других народов – в частности, в Шотландии. Только там девушку сравнивают с рябиной, которая очень популярна и считается священным деревом в этой стране. Вот и выходит, что в из-за красивой обработки теряется смысл песни.

А что уже говорить об аранжировках иностранных песен! Орнаментация на безударных слогах, которые не должны растягиваться! Или разрыв слова посредине в угоду эффектному приёму – как, например, слово Jupiter в песне ‘Fly Me to the Moon’ в твоём, Валерий, исполнении. Да, джазовая импровизация с инструментальным соло и голосом в унисон вызывает восхищение. Но ведь и сам George Benson, у которого перенят этот способ исполнения, говорил: Ты можешь петь сколько угодно нот, но не дай слушателю забыть о ПЕСНЕ.

Песняры те кто оживляют мифы
Песняры

Музыка создавалась на ритмах природы – цикличности времен года, дня и ночи, в музыке воплощались ритмы окружающей среды – журчание реки, плеск морских волн. А во время поиска нового места поселения в песнях использовались ритмы, соответствующие характеру дороги – поэтому песни степных кочевников имеют совсем иные ритмы, чем песни горцев. Позже в песнях появились новые ритмы. Ритмы трудовых процессов пахарей, жнецов, ткачих.

Blues, например, возник не в Африке, а в Америке, где негры выполняли работу, которой их предки никогда не занимались на родине. И пели они уже на языке своих хозяев – галльском. И ритмы их труда, смешавшись с мелодиями их хозяев – шотландцев и ирландцев – воплотились в их новой народной музыке.

Интересным видится пример формирования новых ритмов в современное время. Например, ребята из группы ‘Black Sabbath’, основатели стиля heavy metal, которые взяли за основу blues rock конца 60-х годов, до своей знаменитой музыкальной карьеры работали на сталелитейном и машиностроительном заводах – ритмы и настроение их труда отразились на музыке, которую они создавали.

И вот во времена, когда популярными стали ‘рок’ и ‘бит’, ‘Песняры’ пошли на рискованный эксперимент, соединив народную музыку с современными ритмами. Они фактически тоже создавали новые ритмы, которые, как языки пламени, искрились и танцевали в нескончаемых импровизациях. Сегодня из-за моды на этнику старинные музыкальные инструменты зазвучали на стилизованных реконструкциях народных обрядов – а тогда это было отчаянно смело. Но у их последователей уже не получалось создать такие органичные композиции, сочетающие стили разных культур, звучащие одновременно первозданно и современно. В чем же дело? А дело именно в том, что в первую очередь, как это ни банально для кого-то звучит, Песняры сохраняли смысл песни, ее послание, которое должно передаваться от поколения поколению. Этому невозможно научиться. Многие спорят о том, как же назывался стиль, в котором играли Песняры, и единого мнения до сих пор не существует. Почему так? Потому что сам по себе жанр народной музыки настолько широк и разнообразен и охватывает различные традиционные региональные музыкальные формы! Например, известную песню группы  ‘Animals’ –  ‘The House of the Rising Sun’ – можно отнести и к жанру folk rock, поскольку она создана на базе народной песни, но и одновременно и к жанру blues, потому что она звучит в этом стиле. Интересно, что слова песни ‘There is a house in New Orleans they call the Rising Sun’, были изменены уже британскими иммигрантами, а в первичной версии было: ‘There is a house in Lowestoft they call the Rising Sun’.

Разделение музыки на стили на самом деле довольно условно – это особенно касается современной музыки. Рок, который сначала назывался рок-н-ролл, возник в результате смешения блюза, кантри, песен крунеров, вокальных групп 50х, и только после 1964 эту музыку стали называть просто рок. Конечно, она усложнилась-но это произошло и с музыкой других стилей. Даже народная музыка, которую изначально пели крестьяне и она звучала довольно примитивно. А ведь многие композиторы (как классической,так и современной музыки) использовали эти примитивные народные напевы, и развивая и усложняя их, создавали свои изысканные композиции. И в свое время определения нового стиля для усложненной народной музыки было предметом жарких споров музыковедов.

Валерий Дайнеко
Валерий Дайнеко

Почему же во времена развитых технологий и самодостаточности нас все же так привлекает все, что связано с древней культурой? Откуда вдруг такая мода на аутентичные ансамбли, давно забытые танцы, интерес к мифам и легендам? Попробуем разобраться.

Когда еще силы природы господствовали над человеком, вся его жизнь была связана с природой и подчинена ей. Природные явления определяли мировоззрение человека, и он отражал эту зависимость в своей духовной жизни и искусстве. Это проявлялось в магических обрядах, с которыми люди чествовали природу – в первую очередь Солнце и Воду, пытались присоединиться к таинственным жизнесозидательным силам окружающего мира, к жизни Вселенной. Танец, пение и игра на музыкальных инструментах не носили развлекательный характер, они были наполнены важным содержанием. В обрядах принимали участие всё жители селения и уклониться от этого было невозможно.

Сегодня люди всё больше отрываются от природной среды, разрушаются связи, которые налаживались веками и определяли бытие. Но вот что интересно – сознание человека при этом не изменилось. Он испытывает те же эмоции, те же пристрастия, что и его предок столетия и тысячелетия назад. А самое важное, что несмотря на развитие науки и улучшение комфортности жизни, счастья у человека не прибавилось, и он продолжает испытывать те же природные страхи, которые  испытывали древние люди.

Только под прессом информационной революции эти страхи скрылись в глубины подсознания и приобрели другие формы выражения – и это приводит к внутренним конфликтам. Древние люди жили племенами и чувство общности было велико – каждый человек прекрасно осознавал, что в одиночку не выживет. Поэтому держались друг друга и самым сильным страхом было отстать от племени.

Сейчас мы живем в эпоху индивидуализма, жизнь стала комфортнее, и зависимость от общества значительно ослабла. Но тем не менее внутреннее ‘Я’ человека продолжает жить по законам природы, Солнечные и Лунные циклы по-прежнему определяют его бытие. Поэтому современному человеку так присуща тяга к ‘древнему, священному’.

Сегодня попытки воспроизведения на профессиональной сцене древних обрядов трансформируются в некую пародию – потому что на первый план выходят эстетические функции. Это уже какое-то ‘заигрывание’ с фольклором. Но публика все равно тянется даже к такой, искаженной давности.

Это объясняется тем, что традиционные обряды имеют в себе ‘концентрат’ культурно-информационных кодов, вызывающих определенное состояние, эмоции, переживания – прежде всего ощущение покоя и душевного удовлетворения, поскольку человек присоединился к ритмам космоса и, в соответствии с глубинным сознанием, выживет. Вот почему сегодня в эпоху так называемой индивидуализации, несмотря на кажущуюся независимость, нас все равно тянет в стаю – хоть и в искаженном, уродливом формате вроде социальных сетей или интерактивных мероприятий.

На концертах зрители с радостью откликаются, когда артист протягивает микрофон в направлении зала и воодушевленно приглашает: ‘А теперь все вместе! Я вас не слышу! Вот теперь – другое дело!’

Дайнеко Ткаченко битлз фест
Валерий Дайнеко, Владимир Ткаченко

А уж если на сцену выпадет счастье попасть – небывалый восторг! Казалось бы, зритель заплатил деньги, купил билет – сиди себе и наслаждайся, а артист пусть работает.

Ан нет! Некоторые специально билет в первый ряд покупают, заплатив дороже – не столько, чтобы лучше видеть, а чтобы быть замеченным и, если повезет, вовлечённым в праздник жизни. Потому что музыка – это жизнь в самой своей сути. Жизнь. Джаз.

Юрий Рыбчинский.
Юрий Рыбчинский
Песняры времени своего
Песняры времени своего

Отзывы о книге

Advertisements